24 марта 1783 года День рождения Ореста Адамовича Кипренского. За 30 лет Кипренский создал в портретах подлинную энциклопедию русского общества, поражающую диапазоном индивидуальных характеристик, проникновенной человечностью, художественным мастерством, наконец – личностью ее творца.
Ореста Кипренского, внебрачного сына помещика А.С. Дьяконова, по требованию отца усыновила семья крепостных Адама Карловича и Анны Гавриловны Швальбе. В 1788 году мальчик получил вольную, и его зачислили в Воспитательное училище при Петербургской Академии художеств под фамилией Кипренский. В 1803 году он блестяще закончил Академию. Кипренский вырабатывает свой стиль, когда четкая индивидуальность конкретной личности сочетается с типическими чертами эпохи – приметами времени.
Художник создал галерею портретов, «выражающих как бы всю жизнь написанных им персонажей» – их страдания, порывы, мужество и любовь. Это великолепные автопортреты, портреты детей и его современников – поэтов, писателей, государственных мужей, полководцев, любителей живописи, купцов, актеров, крестьян, моряков, декабристов, художников, масонов, скульпторов, коллекционеров, просвещенных женщин и архитекторов. Кипренский создал непревзойденные портреты Пушкина, Крылова, Батюшкова, слепого поэта Козлова, Ростопчина, графини Кочубей, знатока искусств Оленина, Голенищева-Кутузова. А также масонов Комаровского и Голицына, адмирала Кушелева, Брюллова, актера Мочалова, переводчика Илиады Гнедича, «бойца чернокудрявого с белым локоном на лбу» – легендарного кавалериста Дениса Давыдова. И еще партизана Фигнера, строителя одесского порта де Воллана, декабриста Муравьева, поэтов Вяземского и Жуковского, архитектора Кваренги.
Незадолго до войны 1812 года Кипренского послали в Москву в помощники скульптору Мартосу, трудившемуся тогда над памятником Минину и Пожарскому. Затем художник, по приглашению принцессы Екатерины Павловны, дочери Павла I, переехал в Тверь. Ее Дворец стал «клубом литературы и изящных искусств, где встречались московские поэты и писатели, меценаты и художники. Но через какое-то время в Тверь больше никто не приезжал, и Кипренский начал писать крестьянские портреты и пейзажи на окраинах Твери и берегах Волги. Карандаш у него сменил кисть и художник только «подцвечивал» свои рисунки с удивительной тонкостью. Легкость, с какою он создавал свои портреты, казалась чудом. Художника пригласили ко двору писать портреты великих князей, и все именитые жители столицы добивались чести быть увековеченными Кипренским. 
